Colorator.Net - раскраски для детей
1 1 1 1 1 Рейтинг 3.94 (17 Голосов)

Повесть: Приключения Эмиля из Леннеберги

– Где Эмиль? – спросил он, с трудом переводя дух. – Я все обегал. Весь день его ищу.
– А я и знать не хочу, где он, – обиженно сказала Лина и полезла в бричку, чтобы ехать домой.
И представь себе, она чуть не наступила на Эмиля. В бричке лежало сено и, зарывшись в него, спал Эмиль. Но он тут же проснулся и увидел, кто стоит у брички в красивой синей форме, все еще не отдышавшись от быстрого бега. Эмиль протянул руку и обнял Альфреда за шею.
– Это ты, Альфред! – радостно проговорил он и тут же снова заснул.
А потом все жители хутора поехали домой, в Катхульт. Маркус бодро бежал рысью, а Юлан поспевала как могла – ее привязали сзади к коляске. Эмиль снова проснулся и увидел темный лес и светлое летнее небо, он вдохнул запах сена и лошади и услышал топот копыт и скрип колес. Но почти всю дорогу он проспал, и ему приснилось, что Альфред скоро вернется домой, в Катхульт, к Эмилю. Так оно и случилось.
Итак, Эмиль веселился на Хультсфредском поле 8 июля. Догадайся, искал ли еще кто-нибудь Эмиля весь этот день? А если не догадался, то спроси Крюсе-Майю! Впрочем, нет, лучше не спрашивай, потому что она покрывается красными пятнами, когда с ней об этом заговаривают.
Теперь ты знаешь, что натворил Эмиль 7 марта, и 22 мая, и 10 июня, и 8 июля. Но для тех, кому охота проказничать, есть и другие дни в календаре, а Эмилю всегда охота проказничать. Он шалит почти каждый день весь год напролет, но особенно надо отметить 9 августа, 11 октября и 3 ноября.
Ха-ха-ха, не могу удержаться от смеха, когда подумаю о том, что он выкинул 3 ноября, но рассказывать не стану, потому что обещала маме Эмиля молчать. Хотя именно после этого в Леннеберге стали собирать деньги. Все жители деревни до того жалели Свенсонов с хутора Катхульт из-за их озорника-мальчишки, что никто из них не отказался дать по пятьдесят эре. Собранные деньги завязали в узелок и принесли маме Эмиля со словами: "Может, тут хватит денег, чтобы отправить вашего Эмиля в Америку?"
Хорошенькое дело! Отправить Эмиля в Америку… А кто тогда стал бы у них председателем сельской управы? Конечно, через много лет…
К счастью, мама Эмиля не согласилась на такое глупое предложение. Она очень рассердилась и в гневе швырнула узелок с деньгами в окно, да так, что монетки разлетелись по всей Леннеберге.
– Эмиль прекрасный мальчик, – твердо сказала она. – И мы любим его таким, какой он есть!..
И все же мама была не спокойна за своего Эмиля. Так обычно бывает с мамами, когда люди приходят к ним с жалобами на их ребенка. И вечером, когда Эмиль уже лежал в постели со своим кепариком и ружариком, она села на край его кровати.
– Эмиль, – сказала она, – скоро ты уже пойдешь в школу. Что же с тобой будет? Ведь ты такой озорник, только и делаешь, что проказничаешь…
Эмиль лежал и улыбался, а большие голубые глаза так и сверкали из-под копны светлых волос.
– Тра-ля-ля, тра-ля-ля, – пропел он, потому что такие разговоры он и слушать не хотел.
– Эмиль, – уже строго сказала мама, – как ты будешь себя вести, когда пойдешь в школу?
– Хорошо, – ответил Эмиль. – Думаю, что перестану проказничать… Когда буду в школе.
Мама Эмиля вздохнула.
– Да-да, понадеемся на это, – сказала она и пошла к двери.
Но тут Эмиль поднял голову с подушки, обезоруживающе заулыбался и добавил:
– Но это не наверняка!
Да, я совсем забыла тебе рассказать, что не только мама, но и Лина были решительно против того, чтобы отправить Эмиля в Америку. Но, пожалуйста, не думай, что из любви к нему. Скорее, наоборот. Вот послушай, как дело было.
Когда жители Леннеберги принесли маме Эмиля деньги, собранные, чтобы отправить Эмиля в Америку, мама, как ты помнишь, очень рассердилась.
– Эмиль прекрасный мальчик, – твердо сказала мама. – И мы любим его таким, какой он есть! Он никуда не поедет!
А Лина подтвердила:
– Конечно! Об американцах ведь тоже надо подумать. Они не сделали нам ничего плохого, за что же нам насылать на них Эмиля?
Но тут мама Эмиля строго и укоризненно на нее посмотрела, и Лина поняла, что сморозила глупость. Она добавила, пытаясь исправить положение:
– В газете писали, что в Америке было страшное землетрясение… Я считаю, что после этого нельзя к ним отправлять Эмиля. Это жестоко и несправедливо!
– Иди-ка ты, Лина, лучше коров доить, – сказала мама. Лина взяла подойник, отправилась в хлев и стала доить так усердно, что брызги летели во все стороны. И при этом все бормотала себе под нос:
– Должна же быть на свете справедливость. Нельзя, чтобы все беды разом обрушились на американцев. Но я готова с ними поменяться, я бы с радостью им написала: "Вот вам Эмиль, а землетрясение пришлите нам!"
Но она бесстыдно хвасталась. Куда ей писать в Америку – ведь ее письмо и в Смоланде никто не мог разобрать. Нет уж, если кому писать в Америку, так это маме Эмиля. Она отлично умела писать и записывала все проделки Эмиля в синюю тетрадь, которую хранила в ящике стола.
"Чего ради ты это делаешь? – не раз спрашивал папа. – Только зря наш карандаш испишешь!"
Но маму это нимало не заботило. Она записывала все шалости Эмиля, чтобы он узнал, когда вырастет, что вытворял мальчишкой. И тогда он поймет, почему его мама так рано поседела.
Только ты не подумай, что Эмиль был плохой – нет-нет, его мама говорила чистую правду, когда уверяла, что он прекрасный мальчик.
"Вчера Эмиль был выше всяких похвал, – писала она 27 июля в своей тетради. – За весь день ни разу не нашалил. Наверное, потому, что у него была высокая температура".

 

 

 

 

Все права защищены © 2012-2017 www.OlleLukoe.ru