Colorator.Net - раскраски для детей
1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (1 Голос)

Снежная королева

- Он не умер! - сказали розы. - Мы ведь были под землею, где лежат все умершие, но Кая меж ними не было.
- Спасибо вам! - сказала Герда и пошла к другим цветам, заглядывала в их чашечки и спрашивала: - Не знаете ли вы, где Кай?цветочный сад с заборчиком
Но каждый цветок грелся на солнышке и был поглощен только собственной своей сказкой или историей; их наслушалась Герда много, очень много, но ни один из цветов не сказал ни слова о Кае. Что же рассказала ей огненная лилия?
- Слышишь, бьет барабан? Бум! Бум! Звуки очень однооб­разны: бум, бум! Прислушайся к заунывному пению жен­щин! Прислушайся к крику жрецов!.. В длинном красном одеянии стоит на костре индийская вдова. Пламя вот-вот охватит ее и тело ее умершего мужа, но она думает о живом -о том, кто стоит здесь же, о том, чьи взоры жгут ее сердце сильнее пламени, которое сейчас испепелит ее тело. Разве пламя костра может загасить пламя сердца?
- Ничего не понимаю! - сказала Герда.
- Это моя сказка! - отвечала огненная лилия. Что рассказал вьюнок?
- Узкая горная тропинка ведет к гордо возвышающемуся на склоне старинному рыцарскому замку. Старые кирпич­ные стены густо увиты плющом. Листья его цепляются за балкон, а на балконе стоит прелестная девушка; она переве­силась через перила и смотрит на дорогу. Девушка свежее ро­зы, воздушнее колеблемого ветром цветка яблони. Как шеле­стит ее шелковое платье! «Неужели же он не придет?»
- Ты говоришь про Кая? - спросила Герда.
- Я рассказываю свою сказку, свои грезы! - отвечал вьюнок. Что рассказал крошка подснежник?
- Между деревьями качается длинная доска - это качели. На доске сидят две маленькие девочки; платьица на них бе­лые как снег, а на шляпках развеваются длинные зеленые шелковые ленты. Братишка, постарше их, стоит на качелях позади сестер, зацепившись локтями за веревки; в одной ру­ке у него - маленькая чашечка с мыльной водой, в другой -глиняная трубочка. Он пускает пузыри, доска качается, пу­зыри разлетаются по воздуху, переливаясь на солнце всеми цветами радуги. Вот один повис на конце трубочки и колы­шется от дуновения ветра. Черненькая собачонка, легкая, как мыльный пузырь, встает на задние лапки, а передние кладет на доску, но доска взлетает кверху, собачонка падает, тявкает и сердится. Дети дразнят ее, пузыри лопаются... До­ска качается, пена разлетается - вот моя песенка! - Она, может быть, и хороша, да ты говоришь все это та­ким печальным тоном! И опять ни слова о Кае! Что скажут гиацинты?
- Жили-были три стройные, воздушные красавицы. На одной платье было красное, на другой голубое, на третьей совсем белое. Рука об руку танцевали они при ясном лунном свете у тихого озера. То были не эльфы, а настоящие девуш­ки. В воздухе разлился сладкий аромат, и девушки скры­лись в лесу. Вот аромат стал еще сильнее, еще слаще... По озеру плыли три гроба - они появились из черной чащи, в них лежали красавицы сестры, а вокруг них порхали, слов­но живые огоньки, светляки. Спят ли девушки или умерли? Аромат цветов говорит, что умерли. Вечерний колокол зво­нит по усопшим!
- Вы навели на меня грусть! - сказала Герда. - Ваши коло­кольчики тоже пахнут так сильно!.. Теперь у меня из головы не идут умершие девушки! Ах, неужели и Кай умер? Но ро­зы были под землей и говорят, что его нет там!
- Динь-дан! - зазвенели колокольчики гиацинтов. - Мы звоним не по Каю! Мы и не знаем его! Мы звоним свою соб­ственную песенку; другой мы не умеем!
И Герда пошла к золотому одуванчику, сиявшему в блестя­щей, зеленой траве.
- Ты, маленькое ясное солнышко! - сказала ему Герда. - Ска­жи, не знаешь ли ты, где мне искать моего названого братца?
Одуванчик засиял еще ярче и взглянул на девочку. Какую же песенку спел он ей? Увы! И в этой песенке ни слова не го­ворилось о Кае!
- Ранняя весна; на маленький дворик приветливо светит ясное солнышко. Ласточки вьются возле белой стены со­седнего дома. Из зеленой травки выглядывают первые желтенькие цветочки, сверкающие на солнышке, словно золотые. На двор вышла посидеть старенькая бабушка; вот пришла из гостей ее внучка, бедная служанка, и крепко целует старушку. Поцелуй девушки дороже золота - он идет прямо от сердца. Золото на ее губах, золото в ее сер­дечке, золото и на небе в утренний час! Вот и все! - сказал одуванчик.

- Бедная моя бабушка! - вздох­нула Герда. - Как она скучает обо мне, как горюет! Не меньше, чем горевала о Кае! Но я скоро вернусь и приведу его с собой. Нечего боль­ше и расспрашивать цветы - у них ничего не добьешься, они знают только свои песенки!

клен осень

И она подвязала юбочку повы­ше, чтобы удобнее было бежать, но когда хотела перепрыгнуть че­рез нарцисс, тот хлестнул ее по но­гам. Герда остановилась, посмот­рела на длинный цветок и спросила:
- Может быть, ты что-нибудь знаешь?
И она наклонилась к нему, ожи­дая ответа. Что же сказал нарцисс?
- Я вижу себя! Я вижу себя! О,
как я благоухаю!.. Высоко-высоко в маленькой каморке, под самой крышей, стоит полуодетая танцовщица. Она то балан­сирует на одной ножке, то опять твердо стоит на обеих и попи­рает ими весь свет - она ведь один обман зрения. Вот она льет из чайника воду на какой-то белый кусок материи, который держит в руках. Это ее корсаж. Чистота - лучшая красота! Белая юбочка висит на гвозде, вбитом в стену; юбка тоже вы­стирана водою из чайника и высушена на крыше! Вот девуш­ка одевается и повязывает на шею ярко-желтый платочек, еще резче оттеняющий белизну платьица. Опять одна ножка взвивается в воздух! Гляди, как прямо она стоит на другой, точно цветок на своем стебельке! Я вижу себя, я вижу себя!
- Да мне мало до этого дела! - сказала Герда. - Нечего мне об этом и рассказывать!
И она побежала из сада.
Дверь была заперта лишь на задвижку; Герда дернула ржа­вый засов, он поддался, дверь отворилась, и девочка так, босоножкой, и пустилась бежать по дороге! Раза три оберну­лась она назад, но никто не гнался за нею. Наконец она уста­ла, присела на камень и огляделась кругом: лето уже про­шло, на дворе стояла поздняя осень, а в чудесному саду старушки, где вечно сияло солнышко и цвели цветы всех времен года, этого и не было заметно!
- Господи! Как же я замешкалась! Ведь уж осень на дворе! Тут не до отдыха! - сказала Герда и опять пустилась в путь.
Ах, как болели ее бедные, усталые ножки! Как холодно, сыро было в воздухе! Листья на ивах совсем пожелтели, туман оседал на них крупными каплями и стекал на землю; листья так и сы­пались. Один терновник стоял весь покрытый вяжущими, терп­кими ягодами. Каким серым, унылым казался весь белый свет!

Рассказ четвертый ПРИНЦ И ПРИНЦЕССА

Пришлось Герде опять присесть отдохнуть. На снегу прямо перед ней прыгал большой ворон; он долго-долго смотрел на девочку, кивая ей головою, и наконец заговорил:
- Кар-кар! Здрасьте!
Чище этого он выговаривать по-человечески не мог, но, ви­димо, желал девочке добра и спросил ее, куда это она бредет по белу свету одна-одинешенька? Слова «одна-одинешень-ка» Герда поняла отлично и сразу почувствовала все их зна­чение. Рассказав ворону всю свою жизнь, девочка спросила, не видал ли он Кая?
Ворон задумчиво покачал головой и сказал:
- Может быть, может быть!
- Как? Правда? - воскликнула девочка и чуть не задушила ворона поцелуями.
- Потише, потише! - сказал ворон. - Я думаю, что это был твой Кай! Но теперь он, верно, забыл тебя со своей принцессой!
- Разве он живет у принцессы? - спросила Герда.
- А вот послушай! - сказал ворон. - Только мне ужасно трудно говорить по-вашему! Вот если бы ты понимала по-во­роньи, я рассказал бы тебе обо всем куда лучше. соножкой, и пустилась бежать по дороге! Раза три оберну­лась она назад, но никто не гнался за нею. Наконец она уста­ла, присела на камень и огляделась кругом: лето уже про­шло, на дворе стояла поздняя осень, а в чудесному саду старушки, где вечно сияло солнышко и цвели цветы всех времен года, этого и не было заметно!
- Господи! Как же я замешкалась! Ведь уж осень на дворе! Тут не до отдыха! - сказала Герда и опять пустилась в путь.
Ах, как болели ее бедные, усталые ножки! Как холодно, сыро было в воздухе! Листья на ивах совсем пожелтели, туман оседал на них крупными каплями и стекал на землю; листья так и сы­пались. Один терновник стоял весь покрытый вяжущими, терп­кими ягодами. Каким серым, унылым казался весь белый свет!

Рассказ четвертый ПРИНЦ И ПРИНЦЕССА

Герда встретила черного ворона у ограды дворца

Пришлось Герде опять присесть отдохнуть. На снегу прямо перед ней прыгал большой ворон; он долго-долго смотрел на девочку, кивая ей головою, и наконец заговорил:

- Кар-кар! Здрасьте!
Чище этого он выговаривать по-человечески не мог, но, ви­димо, желал девочке добра и спросил ее, куда это она бредет по белу свету одна-одинешенька? Слова «одна-одинешень-ка» Герда поняла отлично и сразу почувствовала все их зна­чение. Рассказав ворону всю свою жизнь, девочка спросила, не видал ли он Кая?
Ворон задумчиво покачал головой и сказал:
- Может быть, может быть!

- Как? Правда? - воскликнула девочка и чуть не задушила ворона поцелуями.
- Потише, потише! - сказал ворон. - Я думаю, что это был твой Кай! Но теперь он, верно, забыл тебя со своей принцессой!
- Разве он живет у принцессы? - спросила Герда.
- А вот послушай! - сказал ворон. - Только мне ужасно трудно говорить по-вашему! Вот если бы ты понимала по-во­роньи, я рассказал бы тебе обо всем куда лучше. - Нет, этому меня не учили! - сказала Герда. - Бабушка -та понимает! Хорошо бы и мне уметь!
- Ну ничего! - сказал ворон. - Расскажу, как сумею, хоть и плохо.
И он рассказал обо всем, что только сам знал.
- В королевстве, где мы с тобой находимся, есть принцесса, такая умница, что и сказать нельзя! Она прочла все газеты на свете и уже позабыла все, что прочла, - вот какая умница! Раз как-то сидела она на троне - а веселья-то в этом ведь не­много, как говорят люди, - и напевала песенку: «Отчего бы мне не выйти замуж?» «А ведь и в самом деле!» - подумала она, и ей захотелось замуж. Но в мужья она хотела выбрать себе такого человека, который бы сумел отвечать, когда с ним заговорят, а не такого, что умел бы только важничать, это ведь так скучно! И вот созвали барабанным боем всех при­дворных дам и объявили им волю принцессы. Все они были очень довольны и сказали: «Вот это нам нравится! Мы и сами давно об этом думали!» Ведь это истинная правда! - прибавил ворон. - У меня при дворе есть невеста, она ручная, разгули­вает по дворцу, - от нее-то я и знаю все это.
Невестою его была ворона - каждый ведь ищет жену себе под стать.

 

 

 

 

Все права защищены © 2012-2017 www.OlleLukoe.ru